В предоперационном блоке областной больницы царила деловая суета. На столе лежал 34-летний Михаил — строитель, получивший серьезную травму ноги на стройплощадке. Ткани стремительно темнели, развивалось тяжелое воспаление, анализы ухудшались с каждым часом. Главный хирург отделения, уставший после суточного дежурства, уже надевал перчатки и отдавал распоряжение анестезиологу готовить ампутацию выше колена.

В этот момент дверь в коридор приоткрылась, и в приемное отделение вбежала его семилетняя дочь Леночка, которую привезла соседка. Девочка сжимала в руках грязный рабочий ботинок отца, найденный на месте происшествия.

Увидев врачей, девочка в слезах закричала:

— Доктор, стойте! Не трогайте его ногу! Он не падал с высоты, на него пролилась бочка с растворителем! Посмотрите на подошву ботинка, она расплавилась!

Медсестра попыталась увести ребенка, но хирург на секунду замер. Он подошел к двери, взял из рук девочки тяжелый ботинок и принюхался. От плотной резины исходил резкий, едва уловимый химический запах, а внутренняя стелька была насквозь пропитана едким техническим реактивом.

Диагноз, который изменил всё

Врачи думали, что имеют дело с обширным размозжением тканей и стремительно прогрессирующей гангреной после механической травмы. Но слова маленькой девочки заставили команду немедленно провести токсикологический экспресс-тест.

Результат шокировал всех: это был глубокий химический ожог концентрированным промышленным щелочным раствором, симптомы которого в первые часы маскировались под некроз от сдавливания. Нога не погибла — она страдала от токсического воздействия!

Вместо ампутации хирургическая бригада немедленно изменила протокол: провели глубокую нейтрализацию химиката специальными растворами, промывание и противоожоговую терапию.

Спустя три недели Михаил вышел из больницы на своих двоих, опираясь лишь на трость. А на стене в кабинете заведующего отделением до сих пор висит детский рисунок с подписью: «Спасибо, что вы послушали маленькую девочку».

Post Views: 0