Наследник престола несколько лет подряд искал девушку с идеальной талией и заставлял каждую претендентку проходить странное испытание с огромным золотым обручем. Когда в центр зала вышла очень полная девушка, все вокруг принялись хохотать и уверять, что обруч на неё даже не налезет 😧
Почти четыре года во дворце устраивали один и тот же необычный отбор. Каждый раз двери распахивались, и очередная девушка выходила на середину зала под взгляды всех, кто собрался смотреть. Наследника престола звали Дэмиан. Ему давно пора было жениться, поэтому в замок съезжались девушки со всего королевства: дочери богатых купцов, аристократки, заморские красавицы и даже те, кого несколько месяцев специально готовили к встрече с принцем.
Но у Дэмиана было одно странное условие. Он хотел сам убедиться, насколько совершенны пропорции будущей жены.
Для этого придворные мастера выковали огромный круглый обруч из дерева и позолоченного металла. Внутри него были нанесены тонкие отметки, а надевали его на талию каждой претендентки. Девушка должна была встать прямо, расправить плечи и замереть, пока мастер снимает мерки. Обруч был тяжёлым, дерево потемнело от времени, а позолота на ободе блестела там, где её касались руки.
Никто толком не понимал, зачем принцу это нужно. Девушки обсуждали это шёпотом, в коридорах и у зеркал. Одни говорили, что наследнику нужна фигура, как у статуи. Другие пожимали плечами и отвечали, что наследнику виднее. Но из-за этого девушки буквально теряли голову перед отбором. Одни месяцами почти ничего не ели, другие затягивались в тугие корсеты, третьи нанимали учителей и тренировались каждый день, лишь бы талия казалась ещё тоньше. Некоторые падали в обморок прямо перед испытанием, потому что несколько дней не прикасались к еде.
Дэмиан всё равно никого не выбирал. Он смотрел, как мастер надевает обруч, несколько секунд разглядывал девушку, задавал два-три вопроса и спокойно говорил:
— Благодарю. Следующая.
Мастер старался не смотреть в глаза тем, кто не проходил. Он аккуратно снимал обруч, кланялся и отступал, а девушки уходили к стене, опустив головы.
Иногда девушки плакали, когда обруч не сходился, и тогда мастер опускал глаза. Он делал это уже много лет.
Так продолжалось годами. Советники начинали злиться: никто не понимал, чего добивается наследник.
Однажды во дворце снова устроили большой отбор. В главном зале собрались десятки девушек в роскошных платьях. Вдоль стен стояли придворные, родные претенденток и гости. Солнце било в высокие арочные окна слева, золото на стенах и колоннах блестело, а в глубине зала, под красным знаменем с золотым венком, стоял трон.
В открытых дверях стояли ещё несколько девушек и ждали своей очереди, прижимая к груди сложенные веера.
Сам Дэмиан сидел на троне и почти не показывал чувств. Он опирался локтем о подлокотник и смотрел поверх голов.
На нём был тёмно-зелёный придворный кафтан, расшитый густым золотым позументом, и короткая накидка цвета слоновой кости, заколотая на левом плече. Красный бархат трона лежал складками под его локтем, а по обе стороны стояли стражники в шлемах с красными султанами.
Одна девушка сменяла другую. На некоторых золотой обруч сидел почти безупречно. Придворные перешёптывались, что на этот раз принц наконец выберет невесту. Но Дэмиан лишь кивал мастеру и просил позвать следующую.
Девушки в кремовых и жемчужно-розовых платьях, с кокошниками на волосах, стояли вдоль стены и перешёптывались. Одна из них, в платье цвета шампанского, долго не отходила от мастера, пока её не отпустили.
И вдруг в самом конце очереди появилась девушка, на которую тут же уставились все. Звали её Розалин.
Она была очень полной: широкие бёдра, округлый живот, пухлые руки. На ней было простое светлое платье без корсета, и она даже не пыталась скрыть фигуру. Она не опустила головы и не сжала руки на животе, как делали многие до неё. Платье тихо шуршало при каждом шаге.
Когда Розалин вошла в зал, несколько девушек переглянулись и захихикали.
— Она правда явилась на проверку талии?
— Ей хоть кто-нибудь объяснил, что тут вообще делают?
— Да этот обруч до её талии даже не дотянется.
Смех становился громче. Он звучал от ряда к ряду, от стены к стене. Один молодой придворный взглянул на огромный деревянный круг и язвительно бросил:
— Похоже, мастеру придётся принести обруч побольше.
Рядом грянул новый взрыв хохота. Розалин слышала каждое слово, но шла вперёд с совершенно спокойным лицом. Она дошла до середины зала, остановилась на паркете и выпрямила спину.
Мастер заметно растерялся. Он боялся сделать что-то не так при всех. Несколько секунд он переводил взгляд с девушки на обруч, потом неловко проговорил:
— Госпожа, боюсь, этот круг рассчитан на другие мерки.
— Я вижу, — спокойно ответила Розалин.
— Тогда зачем вы пришли?
Девушка слегка улыбнулась.
Голос у неё был спокойный и ровный, без единой дрожи.
— Затем, что приглашение было для всех незамужних девушек королевства, а не только для худых.
После этих слов кто-то опять засмеялся, но уже заметно тише. Мастер поднял обруч и осторожно опустил его Розалин на голову. Обруч соскользнул вниз, прошёл мимо лица и застрял на плечах. Дальше он не шёл ни на сантиметр.
Мастер держал его обеими руками и смотрел то на Розалин, то на трон.
Золотой ободок блестел в свете из окон, а на внутренней стороне дерева тянулись мелкие чёрточки, которых никто не читал.
Мастер замер и растерянно посмотрел на принца.
Розалин стояла прямо, с обручем на плечах, и подняла глаза к трону. Она чуть улыбалась.
Тишина стояла такая, что было слышно, как под чьей-то туфлей скрипнул паркет.
Она не опускала подбородка, и шёлк платья тихо поскрипывал под обручем при каждом вдохе.
Все ждали, что сделает Дэмиан. Розалин ждала вместе со всеми.
Дэмиан поднялся с трона. Он спустился по ступеням медленно, не глядя ни на кого, и стражники расступились. Придворные замолчали так резко, что было слышно, как где-то упал платок.
Он подошёл к Розалин, взялся за обруч и приподнял его с её плеч. Мастер отпрянул, боясь, что принц сломает дорогое дерево. Но обруч в руках Дэмиана держался спокойно.
— Четыре года я мерил девушек этим кругом, — сказал он громко, так что услышали даже у дверей. — Ни одна из вас не стояла так прямо, как она. И ни одна не смеялась в ответ.
Он отдал обруч мастеру и повернулся к залу, к тем самым девушкам, которые хихикали у стены.
— Невесту я выбрал. Ту, над которой вы смеялись.
Зал оцепенел. Смех пропал так быстро, будто его и не было. Одна из девушек опустила веер, другие отвели глаза.
Розалин не покраснела. Она только кивнула, спокойно, как человек, который с самого начала знал, что так будет.
Обруч так и остался в руках мастера.

