Две пловчихи годами проигрывали одной и той же сопернице. И однажды они решились на страшное: заперли её в ванне для восстановления, дождались, пока вода превратится в лёд, и погрузили глыбу в вертолёт 😨
Алисе было двадцать три. В бассейн её привела бабушка, когда девочке исполнилось шесть, — «чтобы не болела». К пятнадцати тренеры уже говорили о ней как о будущей чемпионке, к двадцати она выигрывала международные старты.
Рядом с ней всегда были Вера и Кира. Обе старше на несколько лет, обе сильные, упорные. Они вместе тренировались, жили в одном номере на сборах, отмечали дни рождения. Алиса считала их подругами.
Только Вера и Кира думали иначе.
Каждый раз они приплывали второй и третьей. Каждый раз камеры шли мимо них к Алисе. Спонсоры, интервью, обложки — всё доставалось ей. Зависть копилась годами и однажды превратилась во что-то тёмное.
Весной команду отправили на закрытую базу на побережье. Там стояли новые криованны для восстановления — тяжёлые металлические ёмкости, где вода за несколько часов доходила почти до нуля.
Вера придумала всё за неделю. Поздно вечером она позвала Алису «на особую процедуру от тренера». Алиса ничего не заподозрила. Как только она опустилась в ледяную воду, Вера захлопнула крышку и защёлкнула замок снаружи. Кира стояла рядом и молчала. Вера выкрутила режим на максимум.
Утром на месте ванны стояла прозрачная ледяная глыба.
Вера заранее подделала записку от тренера: «Перевезти ледяную инсталляцию для фотосессии». Пилот служебного вертолёта, которого перевели на базу всего месяц назад, лишних вопросов не задавал. Глыбу подняли лебёдкой и закрепили в грузовом отсеке.
Вертолёт взял курс в открытый океан.
Кира всё время полёта смотрела в пол. Её трясло. Когда пилот сообщил, что они над «точкой», Вера открыла грузовую дверь, и в отсек ворвался ледяной ветер.
Они вдвоём начали двигать глыбу к краю. Оставалось меньше метра.
И тут Кира выпрямилась и отступила назад.
— Всё, — сказала она. — Я не могу. Это же Алиса.
Вера посмотрела на неё с презрением и толкнула лёд обеими руками. Глыба качнулась, медленно съехала с края и исчезла внизу.
— Наконец-то мы от неё избавились! — Вера рассмеялась.
Но смех оборвался, когда она увидела, что Кира бежит в кабину пилота.
— Разворачивайтесь! — кричала Кира. — Там человек! Внутри человек!
Пилот побледнел. Он сразу передал координаты береговой охране и начал кружить над местом падения, пока не подошли катера. Кира всё это время сидела на полу отсека и рассказывала ему всё — про замок, про записку, про ночь у криованны.
Спасатели искали двое суток. Глыбу нашли у подводного рифа в нескольких милях от берега. Алису спасти не удалось.
На базе Кира сама пошла к тренеру, а потом к следователю. Она рассказала всё, не выгораживая ни Веру, ни себя. Призналась, что дважды подходила ночью к ванне и так и не решилась открыть замок.
Вера получила реальный срок. Кира — меньший, за сотрудничество со следствием и за то, что подняла тревогу. Обе пожизненно отстранены от спорта.
Федерация после этой истории изменила правила: все процедуры восстановления теперь проходят только под наблюдением врача, а на каждой криованне стоит кнопка экстренного открытия изнутри.
В бассейне, где Алиса впервые проплыла свои двадцать пять метров, теперь висит её фотография. Под ней — одна строчка: «Она никогда не сдавалась на дистанции».
Бабушка Алисы приходит туда каждую субботу. Садится на трибуну и смотрит, как плавают дети.
Как вы думаете, можно ли простить Киру за то, что она хотя бы в последний момент нашла в себе смелость? 💬

