Эта сцена запомнилась всем, кто был рядом. Хоронили молодую женщину. Четверо дюжих мужчин едва оторвали её гроб от земли и чуть не выронили: такой странной оказалась его тяжесть. Муж, убитый горем, потребовал немедленно открыть крышку, и то, что оказалось внутри, вселило ужас во всех, кто стоял у могилы…
Небо затянули серые тучи, в воздухе стояла сырость, и среди рядов памятников неторопливо двигались родные и друзья молодой женщины по имени Эмилия. На старом городском кладбище люди начали собираться с самого утра.
Рядом с кладбищем шумела дорога, и редкие машины проезжали мимо, не сбавляя скорости.
Сторож кладбища вышел из будки и смотрел на процессию, опираясь на метлу, но не решался подойти ближе.
Ей было всего двадцать девять. Несколько дней назад она погибла в автомобильной аварии, возвращаясь домой. Врачи несколько часов боролись за её жизнь, но травмы были слишком тяжёлыми.
Её любимые цветы были белые лилии, и на венке сегодня стояли именно они.
Друзья вспоминали, что она всегда ставила чайник первой, когда кто-то приходил в гости, и ни разу не ждала благодарности.
В последние годы она работала бухгалтером и любила читать книги по истории, которые покупала в букинистическом магазине.
У закрытого гроба стояли родители Эмилии. Чуть в стороне — её муж Дэниел. Он почти ни с кем не говорил и не отрывал взгляда от гроба. Прощание длилось около часа.
Священник приглушённо читал молитву, и каждое слово эхом отдавалось от ограды старого кладбища.
Мать покойной вспоминала, что дочь любила зимние прогулки по парку и всегда возвращалась с красными щеками.
Отец Эмилии молча смотрел на дорогу, по которой должна была приехать скорая помощь, но её так и не дождались.
Мать Эмилии всё время держала в руках платок и складывала его в маленький квадрат, как привыкла делать в детстве.
Когда оно закончилось, священник прочитал последние слова молитвы, и настала минута опускать гроб в могилу.
К гробу подошли четверо работников похоронного бюро и взялись за ручки.
Он поправил перчатки, прежде чем взяться за ручку, и это заметили все у могилы.
Один из них коротко кивнул остальным.
Он был самым молодым в бригаде и волновался больше остальных, потому что в первый раз работал на похоронах.
— Поднимаем.
Все разом напряглись и потянули гроб вверх. Однако уже через секунду на лицах мужчин мелькнуло удивление.
Ветер стих, и в наступившей тишине было слышно только, как скрипят кожаные ремни под руками работников.
Ветер поднял пыль с дорожки, и кто-то из гостей прикрыл глаза рукой.
Работники крепко держались за ручки, и их лица стали тёмно-красными от усилия.
Гроб оторвался от земли лишь на несколько сантиметров. Мужчины переглянулись.
Кто-то из родственников приблизился ближе и тоже взялся за край, но гроб почти не сдвинулся.
— Что это? Он слишком тяжёлый.
— Не может быть. Такие гробы не весят столько.
Они попробовали ещё раз. Гроб поднялся примерно до колен, и мышцы на руках работников так напряглись, что проступали даже сквозь рукава пиджаков.
Земля вокруг могилы была мокрой, и сапоги работников скользили по склону.
— Что в этом гробу? — резко поинтересовался Дэниел и шагнул вперёд.
— Немедленно откройте гроб! — закричал отец Эмилии и рванулся к могиле.
Работники растерялись. Никто не решался спорить с мужем и с отцом покойной. Крышку открыли не тут же: замок заедало, и мастер долго возился с ключом.
Мужчины переглянулись и отступили на шаг, не решаясь прикоснуться к гробу ещё раз.
Этот звук был таким тихим, что его почти никто не услышал, кроме самого мастера.
Кто-то из гостей попытался пошутить, но голос его звучал слишком тонко, и шутка не прозвучала.
Тот, кто стоял ближе всех к гробу, положил ладонь на крышку и приглушённо произнёс, что внутри ничего не звенит, как обычно.
Один из них произнёс, что видел такие гробы раньше, и они всегда были легче, даже с металлической отделкой.
В гробу был мужчина лет шестидесяти в дорогом костюме, а рядом — записка с чужим именем и адресом другого кладбища. Когда крышка поднялась, все увидели, что внутри лежит не Эмилия.
Все стояли молча, и даже ветер на время утих.
Дэниел отшатнулся. Мать Эмилии закрыла лицо руками, и даже священник не тут же нашёл слова.
Директор похоронного бюро, который стоял у ворот, приблизился к гробу, прочитал записку и побледнел. Он признал, что в морге перепутали бирки, и тела двух женщин и мужчины были переложены в чужие гробы.
Он попросил прощения у родственников и предложил бесплатно организовать повторную церемонию.
Он произнёс, что такая ошибка в бюро случалась впервые за много лет работы.
Эмилию нашли на соседнем кладбище, в другом ряду. Её гроб был легче, и работники там не заметили ничего странного.
Родственники того мужчины приехали через два часа. Его жена долго смотрела на тело мужа и говорила, что он никогда бы не согласился на такую спешку.
Его брат стоял у ограды и молча курил, отвернувшись от всех.
Жена покойного держала дочь за руку и приглушённо говорила ей, что папа любил хорошие костюмы и не любил спешки.
Его дочь приехала в тот же день, и когда она заметила гроб отца, то села прямо на землю.
Эмилию перенесли в правильную могилу. Дэниел шёл за гробом молча и держал в руках ту самую розу, которую приготовил для прощания.
Суд назначил проверку всех документов за последний год, и четверо сотрудников были уволены за халатность. Директор бюро подал в отставку наутро следующего дня.
Родственники обеих семей обменялись номерами телефонов и обещали навещать друг друга на кладбище.
Бюро выплатило компенсацию обеим семьям, а на кладбище поставили новую табличку с правильными именами.
Прокуратура проверила морг, и выяснилось, что при доставке тел работники спешили, не сверяя документы.
Иногда рядом с ним стоит жена того мужчины, и они молча делят одну скамейку у ограды. Дэниел навещает могилу жены каждое воскресенье.

